Apollo 13 Аполлон 13

Flag
Flag
38
23
7
11.04.1970 19:13:00
17.04.1970 18:07:41
5 д 22 ч 54 м 41 с
(142 ч 54 м 41 с)
1,5
1 001 443 км
Одиссей (Odyssey)
Водолей (Aquarius)
Джон Янг, командир
Чарльз Дьюк, пилот лунного модуля
Джон Суиджерт, пилот командного модуля

Photo

Джеймс Ловелл
(командир)

Flag

Астронавт № 23

Астронавт США № 12

Ловелл: 4-ый полёт

Суммарное время: 29 d 19 h 4 m 55 s
(715 h 4 m 55 s)

Джон Суиджерт
(пилот командного модуля)

Flag

Астронавт № 46

Астронавт США № 25

Хэйз: 1-ый полёт

Суммарное время: 5 д 22 ч 54 м 41 с
(142 ч 54 м 41 с)

Фред Хейс
(пилот лунного модуля)

Flag

Астронавт № 47

Астронавт США № 26

Хэйз: 1-ый полёт

Суммарное время: 5 д 22 ч 54 м 41 с
(142 ч 54 м 41 с)


ВКД

Первонаяальный экипаж: Фред Хэйс, Джеймс Ловелл, Томас Маттингли.

ВКД

Траектория полёта Аполлона 13.

ВКД

Повреждённый взрывом корабль Аполлон 13.

ВКД

Джон Суиджерт в лунном модуле.

ВКД

Фред Хейс в лунном модуле.

ВКД

Джеймс Ловелл в лунном модуле.

ВКД

Лунный модуль в свободном полёте после отделения от командного модуля.

ВКД

Аполлон 13 перед приводнением в Тихом океане.

ВКД

Аполлон 13 приводняется в Тихом океане.

ВКД

Руководители полёта празднуют приводнение.

ВКД

Экипаж покидает Аполлон 13 после приводнения.

ВКД

Встреча экипажа на Гавайях.

Самый продолжительный полёт:
04.12.1965 13 д 18 ч 35 м 01 с (330 ч 35 м 1 с) Фрэнк Борман и Джеймс Ловелл

Наибольшее количесткво полётов: 4 Ловелл

Наибольшее суммарное время в космосе: 29 д 22 ч 4 м 55 с (718 ч 4 м 55 с) Джеймс Ловелл

Седьмой пилотируемый полёт по программе Аполлон. Астронавты Аполлона 13 должны были высадится на Луне. Взрыв на борту Аполлона 13 на трассе между Землей и Луной вынудил отказаться от посадки. Аполлон 13 облетел Луну и вернулся на Землю. Джеймс Ловелл первым совершил четвёртый космический полёт. Это был второй полёт Ловелла к Луне. Джеймс Ловелл установил новый рекорд суммарной продолжтьельности космических полётов.

Возвращение на Луну.

Аполлон 13 и немецкая корь. (Или как 3-летний мальчик изменил планы НАСА относительно Аполлона 13).

Последние несколько дней перед стартом экипажи Аполлона обычно заканчивали последние тренировки, а также находили время, чтобы немного отдохнуть перед стартом. Не так случилось с Аполлоном 13, который должен был стартовать 11 апреля 1970 года. Основной экипаж Аполлона 13: командир Джеймс А. Ловелл, пилот командного модуля Томас К. «Кен» Маттингли и пилот лунного модуля Фред У. Хейс и дублирующий экипаж: Джон У. Янг, Джон Л. «Джек» Суиджерт и Чарльз М. Дьюк закончили тренировки. Болезнь одного астронавта привела к беспрецедентной замене члена экипажа за два дня до старта.

5 апреля инженеры в Космическом центре им. Кеннеди должны были начать предварительный обратный отсчёт времени перед стартом Аполлона 13. Финальный отсчёт должен был начинаться 10 апреля. Ракета Сатурн V и космический корабль Аполлон готовятся к запуску и к полету на Луну. Подготовительные шаги включали заливку керосинового топлива в баки первой ступени ракеты и активацию модуля управления и обслуживания и начало проверки систем космического корабля.

После участия в предварительной репетиции обратного отсчета 26 марта астронавты возобновили свои тренировки в последние две недели перед стартом. Ловелл, Хейс, Янг и Дьюк завершили свои последние тренировки выходов на лунную поверхность. Янг завершил свои последние тренировочные полёты на учебно-тренировочном лунном модуле. Все астронавты проводили тренировки в симуляторах командного и лунного модулей. Повторение процедур контроля и общего плана полёта. Они также поддерживали свои лётные навыки во время полётов на самолетах T-38 Talon. Последовательность событий была нарушена, когда Дьюк заболел в воскресенье 5 апреля, всего за шесть дней до запланированного старта.

За три недели до запланированного старта (11 апреля) дублёр пилота лунного модуля Чарльз Дьюк и его семья были на празднике со своим трехлетним сыном и его друзьями. На следующей неделе Чарльз Дьюк заболел немецкой корью, также известной как краснуха. В детстве Дьюк не болел краснухой, у него не было иммунитета против этой болезни. Дьюк проходил подготовку к полёту вместе с другими пятью астронавтами основного и дублирующего экипажей вплоть до пятницы 3 апреля, пока он был еще заразен. В понедельник, 6 апреля, во время дневного осмотра членов экипажа, врач собрал образцы крови и проанализировал их, чтобы выяснить, есть ли у кого-либо из астронавтов антитела к краснухе, хотя ни у кого, кроме Дьюка, не было никаких симптомов. Результаты теста были получены через два дня с хорошими новостями для Ловелла и Хейса, у которых был иммунитет, но у Маттингли антител не было. Дублёры Янг и Суиджерт были также невосприимчивы к болезни. Доктор Чарльз А. Берри (Charles A. Berry), директор по медицинским исследованиям и операциям в Центре пилотируемых космических кораблей (ныне Космический центр Джонсона в Хьюстоне), был обеспокоен тем, что если Маттингли заразился краснухой, учитывая инкубационный период вируса, то, вероятно, симптомы болезни могли бы проявиться примерно в то время, когда астронавты были бы на лунной орбите. Возможно, когда Маттингли был бы один в командном модуле. Такие симптомы, как повышенная температура, сыпь и головная боль, могут помешать ему выполнять сложные маневры, чтобы состыковаться с лунным модулем, в котором Ловелл и Хейс возвращюися с Луны.

Руководители программ Аполлон столкнулись с дилеммой. Никто не хотел иметь больного астронавта во время критической фазы миссии. Один из вариантов заключался в том, чтобы отложить полет на 28 дней до следующего возможного окна запуска в мае 1970 года, которое позволяло приземлиться на той же площадке Фра Мауро с теми же условиями освещения, но это было дорогостоящим предложением. Замена основного экипажа на дублирующий была не возможна, так как у Дьюка все еще оставались симптомы болезни. Единственное решение, которое имело смысл, состояло в том, чтобы заменить Маттингли на Суиджерта. Дублёры обычно тренируются, чтобы быть готовыми к полёту, примерно за месяц до запуска. После этого основной экипаж имеет почти эксклюзивный доступ к симуляторам космического корабля. Хотя менеджеры считали Суиджерта полностью обученным, он, возможно, был немного растренирован, поэтому он начал интенсивную программу переподготовки в последнюю минуту на системах командного модуля. К счастью, за последние несколько лет Суиджерт разрабатывал процедуры сбоев командного модуля, поэтому он знал системы космического корабля, вероятно, лучше, чем любой другой астронавт. Его мастерство убедило менеджеров, что он без проблем сможет управлять космическим кораблем. Еще одна проблема была связана с тем, что Суиджерт не тренировался непосредственно с Ловеллом и Хейсом, и, что они смогут образовать сплоченную команду. Во время нескольких тренировок на симуляторах эти три астронавта доказали, что они достаточно слаженно взаимодействуют при выполнении сложных маневров. Начальник управления операций с экипажем Дональд К. «Deke» Слейтон (Donald K. “Deke” Slayton) согласился с тем, что Суиджерт был опытным и хорошо интегрированным членом экипажа, и что самым безопасным способом действий было заменить Маттингли на Суиджерта. На пресс-конференции 10 апреля, за день до старта, администратор НАСА Томас О. Пейн (Thomas O. Paine) объявил о своем решении.

У инженеров возникла еще одна незапланированная задача. На табличке, которую они прикрепили к посадочной стойке лунного модуля стояло имя Томаса Маттингли. После того как Суиджерт занял его место, рабочие быстро изготовили новую табличку с новой подписью и отправили ее в Космический центр Кеннеди. Новая табличка была уложена в командном модуле. Ловелл и Хейс планировали перенести её в лунный модуль и прикрепить новыю табличку к посадочной стойке на лунной поверхности.

Аполлон 13 отправляется на Луну.

Миссия Аполлона 13 – был запланирован как третий полёт с высадкой астронавтов на Луне. Лунный модуль должен был точно прилуниться на высокогорье Фра Мауро.

Обратный отсчет для Аполлона 13 плавно продолжался к старт, который был назначен на 11 апреля 1970 года, с стартовой площадки 39А космодрома Космического центра Кеннеди.

Ночь перед стартом экипаж Аполлона 13, по сложившейся традиции, провели в здании управления пилотируемыми космическими кораблями Космического центра Кеннеди. Шеф офиса астронавтов Томас П. Стаффорд разбудил экипаж незадолго перед 9 часами утра в день старта. После короткого медицинского осмотра, Ловелл, Суиджерт и Хейс отправились на традиционный предстартовый завтрак - стейк с яичницей. Оттуда трио перешло в помещение, где технические специалисты помогли им надеть скафандры. Затем астронавты сели в автобус, чтобы отправиться в 8-мильную поездку на стартовую площадку, где они поднялись на лифте до 320-футового (97,5 метра) уровня пусковой башни. Они перешли в Белую комнату, где команда поддержки во главе с Гюнтером Ф. Вендтом (Guenter F. Wendt) помогла астронавтам замять свои места в командном модуле Одиссей. Сначала Ловелл разместился на левом кресле, затем Хейс на правом и, наконец, Суиджерт занял центральное кресло. Команда Гюнтера Вендта закрыла люк кабины космического корабля. Менее чем за два с половиной часа до старта все три члена экипажа были уже в кабине и начали перепроверять системы управления корабля в соответствии с контрольным списком.

Инженеры в Центре управления запуском продолжали следить за обратным отсчетом, который проходил без инцидентов. Администратор НАСА Томас О. Пейн и Курт Х. Дебус (Kurt H. Debus), директор Космического центра Кеннеди, находились в Центре управления вместе с вице-президента Спиро Т. Агню (Spiro T. Agnew) и Вилли Брандтом, канцлером Федеративной Республики Германия. Погода, которая была проблематичной во время старта Аполлона 12 в ноябре 1969 года, продолжала быть благоприятной для старта Аполлона 13 и для, приблизительно, 100 000 зрителей, которые располагались на близлежащих пляжах, чтобы увидеть запуск.

Старт произошел ровно в 14:13 по восточному поясному времени (19:13 по Гринвичу) 11 апреля 1970 года. Как только ракета покинула стартовую площадку, инженеры Центра управления запуском передали управление полётом в Центр управления полетами в Центре пилотируемых космических кораблей, ныне Космический центр Джонсона в Хьюстоне. Аполлон 13 и ракета-носитель Сатурн V, полностью заправленные топливом, были самым тяжелым космическим кораблем. При весе 6 501 733 фунтов (2 949 136 кг), что примерно на 25 600 фунтов (11 612 кг) тяжелее, чем у Аполлона 12. В Центре управления полетом команда бордовых во главе с руководителем полёта Милтоном Л. Уиндлером (Milton L. Windler) взяла на себя управление миссией. Кэпкомом, астронавт, который непосредственно говорил с экипажем, во время запуска был Джозеф П. Кервин. Рядом с Кервином за пультом сидел Томас Маттингли, который после отстранения от полёта, улетел из Флориды в Хьюстон. Когда он вошел в Центре управления, Уиндлер поприветствовал его, сказав: «Извините, что вижу вас здесь, Кен».

Через две минуты 40 секунд после старта и на высоте около 42 миль (67,59 км) первая ступень Сатурн V отключилась, как и планировалось, и пустая ступень была отброшена. Несколько секунд спустя были включены пять двигателей второй ступени J-2, после чего была сброшена башня системы аварийного спасения экипажа, которая больше не требовалось для спасения экипажа в случае аварии ракеты-носителя. Через пять минут и 32 секунды после старта центральный двигатель второй ступени внезапно отключился на две минуты раньше, чем планировалось. Позднее эта проблема была идентифицирована как чрезмерные продольные колебания, так называемый эффект Пого, который преследовал ранние запуски ракеты Сатурн V, заставляя контроллер выключать двигатель, чтобы предотвратить более серьезные последствия. Чтобы компенсировать потерю тяги от центрального двигателя, остальные четыре работали в течение дополнительных 34 секунд, а также двигатель третьей ступени работал дополнительные девять секунд, в результате чего Аполлон 13 вышел на орбиту Земли с параметрами 114 (183 км) на 115 миль (185 км), очень близко к запланированной.

Для Джеймса Ловелла это была рекордный четвертый космический полёт, и он стал первым человеком, который дважды летал на ракете Сатурн V. Ловелл стал первым астронавтом, совершившим четыре космических полёта. После обсуждения с Кервином проблемы с двигателем второй ступени, Ловелл прокомментировал: «Ничто не сравнится с интересным запуском». В течение следующих двух с половиной часов, Аполлон 13 дважды облетел Землю. Астронавты проверили системы своего космического корабля и предприняли попытку 5-минутного телевизионного репортажа, но облачный покров над побережьем сильно ослабил телевизионный сигнал. Центр управления заверил астронавтов, что, хотя двигатель третьей ступени отработал дополнительные девять секунд, оставалось достаточно топлива для следующего критического маневра – переход на траекторию полёта к Луне.

Через час и 48 минут после старта Кервин сообщил экипажу Аполлона 13, что им разрешается переход на траекторию полёта к Луне. Через 2 часа и 35 минут двигатель третьей ступени был включен и он проработал почти 6 минут. Скорость Аполлона 13 , возросла до 24 247 миль в час (39 021,76 км в час), что было достаточно, чтобы преодолеть силу гравитации Земли и направить космический корабль и его экипаж к Луне. Следующее значимое событие - отделение Командно модуля от Лунного модуля. Это произошло примерно через 25 минут, когда Аполлон 13 достиг высоты более 4300 миль (6920 км). В маневре, теперь знакомом по лунным рейсам, Суиджерт развернул модуль Одиссей и медленно направил ее к стыковке с Лунным модулем Aquarius (Водолей), все еще закрепленным на вершине третьей ступени. Экипаж передал в Центр управления полётом и для зрителей на Земле превосходное телевизионное изображение маневра. После соединения Командного и Лунных модулей, была отстыкована третья ступень ракеты-носителя. Третья ступень выполнил 80-секундный маневр уклонения с использованием своих подруливающих устройств, но в отличие от предыдущих миссий, когда третья ступень уходила на орбиту вокруг Солнца, в этот раз третья ступень была переведена на траекторию полёта, чтобы врезаться в Луну. Сейсмометр, оставленный экипажем Аполлона 12 в 84 милях (134 км) от места удара третьей ступени Аполлона 13, уловил возникшие вибрации, продолжавшиеся 3 часа и 20 минут, предоставляя ученым информацию о распространения сейсмических волн на Луне.

Аполлон 13 достиг высоты более 14 000 миль (22 530,8 км), и его скорость замедлилась до 11 300 миль в час (18185,6 км в час), поскольку сила тяжести Земли продолжала притягивать космический корабль. Экипаж перевел космический корабль в режим пассивного терморегулирования или барбекю, в режим медленного вращения, предназначенное для выравнивания экстремальных температур. В Центре управлении полётом на смену заступила золотая команда, руководителем которой был Джеральд Д. «Джерри» Гриффин, а астронавт Вэнс Д. Бранд заменил Кервина. Между 7-м и 11-м часами полёта астронавты сделали серию из 11 фотографий уменьшающейся Земли с примерно 22-минутными интервалами, чтобы наблюдать погодные условия на родной планете. За это время Аполлон 13 преодолел расстояние с 40000 миль (64 373,8 км) от Земли до примерно 63000 миль (101388,8 км), его скорость уменьшалась под воздействием гравитации Земли. Экипаж выполнил некоторые повседневные дела, пообедали и устроились на ночь, чтобы поспать в космосе. После очень долгого дня они уже удалились от Земли на расстояние около 73 000 миль (117 482,1 км).

В то время как астронавты наслаждались своим 10-часовым периодом отдыха, в Центре управлении полётом сменились две команды. Белую команду, которой руководил Юджин Ф. Уайт (Eugene F. “Gene” Kranz’s White), а кэпкомом был астронавт Джек Р. Лусма, сменила чёрная команда во главе с Глинном С. Ланни и с Кервином в качестве кэпкома. Когда экипаж проснулся для второго дня в космосе, Аполлон 13 уже удалился от Земли на расстояние в 115 000 миль (185 074,56 км). В рамках ежедневного брифинга новостей для команды, Кервин сообщил астронавтам о распаде группы Биттлз. И, напомнил астронавтам о приближении 15 апреля, дня подоходного налога, Суиджерт признался, что, будучи в спешке, когда его перевели из дублёров в основной экипаж, он забыл подать свою налоговую декларацию. Через 27 часов 21 минуту после старта Аполлон 13 преодолел половину расстояния между Землей и Луной. Помимо обычных навигационных наблюдений и повседневной рутинной работы, основной задачей экипажа на этот день была коррекция траектории. Коррекция траектории полёта Аполлона 13 должна была проведена так, что корабль был переведён на так называемую траекторию свободного возврата. Это означало, что если по какой-то причине главный двигатель сервисного модуля не сможет быть запущен, чтобы вывести корабль на лунную орбиту, то корабль облетит Луну и за счет гравитации Луны будет направлен назад прямо к Земле без каких-либо серьезных коррекций траектории. Но, траектория свободного возвращения ограничивает районы на лунной поверхности, где астронавты могли бы прилуниться. Для того, чтобы Аполлон 13 прилунился в наиболее интересном с научной точки зрения районе высокогорья Фра Мауро, требовалось перевести корабль на так называемую гибридную траекторию. Эта траектория более рискованная, для случая отказа двигателя служебного модуля, так как в этом случае при возвращении на Землю, корабль пролетал мимо Земли на расстоянии около 40000 миль (64373,76 км). В этом случае требовалась значительная коррекция курса для обеспечения безопасного возвращения.

Непосредственно перед коррекцией для перехода на гибридную траекторию, астронавты включили телевизионную камеру и показали зрителям изображение увеличивающейся Луны, а затем брызги ярких маленьких звезд, когда они выпускали воду из космического корабля, которая мгновенно замерзала в вакууме космоса.

Двигатель служебного модуля был включен на 6 секунд. Корабль был переведён на новую траекторию. Эта траектория должна была привести корабль к Луне в точку, которая отстоит от Луны на расстоянии 69 миль (111,045 км) вместо 290 миль (466,71 км). Вскоре после этого астронавты начали второй период отдыха, на расстоянии около 160 000 миль (257 495,04 км) от Земли.

Ловелл, Суиджерт и Хейс проснулись на третий день своей миссии с кэпкомом Кервином, заявив, что их «Космический корабль находится в действительно хорошей форме». Единственное незначительное беспокойство было вызвано тем, что зашкаливал датчик давления на кислородном баллоне № 2 служебного модуля, но все считали, что это проблема датчика, так как в начале дня показания были в норме, пока Суиджерт не включил вентилятор, чтобы размешать жидкий кислород. Попытка восстановить датчик путем перемешивания жидкого кислорода в резервуаре № 2 не дала положительных результатов, но диспетчеры хотели более внимательно следить за ним и посоветовали экипажу чаще перемешивать жидкий кислород. Специалисты по планированию миссий решили, что траектория корабля достаточно точная, поэтому очередная коррекция на середине курса в тот день не понадобится, и вместо этого астронавты могут начать работу с лунным модулем. Открыв люк, сначала Хейс, а затем Ловелл вплыли через люк в лунный модуль.

Астронавты транслировали свои действия на землю. Они показывали и рассказывали зрителям о модулях Водолей и Одиссей. Хейс продемонстрировал пакеты с напитками внутри лунных скафандров, которые были новинкой на Аполлоне 13. Трансляция продолжалась 49 минут. На галереи посетителей в Центре управления полётом трансляцию смотрела жена Ловелла Мэрилин в сопровождении доктора Чарльза Бери (Charles A. Berry), директора по медицинским исследованиям и операциям. Три американских телевизионных канала, очевидно, решили, что полёты на Луну стали настолько обычными, что ни один из них не транслировал передачу из космоса. Вместо этого предавали бейсбольный матч, повторный эпизод «Я люблю Люси» и «Шоу Дика Каветта».

После окончания трансляции кэпком Лусма обратился к экипажу, чтобы они не забывали о повседневной работе, а также перемешивать жидкие кислород и водород, для гомогенизации жидкостей для обеспечения более точных показаний датчиков. Вскоре после этого, через 55 часов 55 минут после старта, Суиджерт воскликнул: «Хьюстон, у нас здесь проблема».

Во время своего третьего дня в космосе экипаж Аполлона 13, командир Джеймс А. Ловелл, пилот командного модуля Джон Л. «Джек» Суиджерт и пилот лунного модуля Фред В. Хейс, были на расстоянии около 205 000 миль (329 915,52 км) от Земли. Только что они завершили телевизионный передачу, в которой они представляли Лунный модуль Водолей и Командный модуль Одиссей. Астронавты готовились к выходу на лунную орбиту, который должен был состоятся менее чем через день. После чего, на следующий день, Ловелл и Хейс должны были совершить высадку на Луне на плоскогорье Фра Мауро. Во время своего 33-часового пребывания на Луне Ловелл и Хейс планировали выполнить два выхода в открытый космос, проводить геологические исследования и установить научные приборы, которые, после их возвращения, передавали бы данные ученым с места их прилунения. Суиджерт, который должен был оставаться на орбите вокруг Луны и проводить свои научные исследования.

Когда астронавты завершили рутинную работу по перемешиванию жидкого кислорода и жидкого водорода в резервуарах в сервисном модуле, они услышали глухой удар, звук которого распространился по космическому кораблю. Это произишло через 55 часов 55 минут и 4 секунды после начала полета. В это время Хейс был в лунном модуле, а Ловелл и Суиджерт в командном модуле. В Центре управления полётом зафиксировали внезапный сбой в связи с космическим кораблём, сопровождаемый странным потрескиванием в спокойном радиопотоке. В течение нескольких секунд диспетчеры на нескольких консолях, контролирующих системы космического корабля, начали сообщать руководителю полёта Юджину Кранцу, что они наблюдают странные данные с Аполлона 13, включая перезагрузку главного компьютера, и немедленно начали устранять неполадки новой и неизвестной проблемы. На борту космического корабля примерно через 1–2 секунды после взрыва загорелись индикатор основного аварийного сигнала и индикатор основного напряжения постоянного тока, а затем индикатор топливных элементов. Это побудило Суиджерта передать в Центр управления: «Хорошо, Хьюстон, у нас здесь проблема». Кэпком астронавт Джек Лусма переспросил: «Это Хьюстон. Повтори еще раз, пожалуйста». Ловелл ответил более подробно: «Хьюстон, у нас возникла проблема. У нас потеря напряжения на главной линии. Ловелл сообщил, что датчики зарегистрировали падение напряжения на одной из двух основных электрических шин постоянного тока, подающих электропитание на командный и сервисный модули, сработала аварийная сигнализация, которая предупреждала экипаж о проблеме».

В этот момент ни экипаж, ни команда в Центре управления полётом не знали причину возникших проблем. Поскольку напряжение на шине B пришло в норму, все сначала склонялись винить контрольно-измерительные приборы или какой-то неизвестный временный сбой. Но Хейс, вернувшись в модуль Одиссей из модуля Водолей, сообщил по радио, что, хотя, напряжение восстановилось, активация аварийной сигнализации связана с довольно громким взрывом. Экипаж сначала подозревал, что что-то случилось с лунным модулем, возможно, удар микрометеора. Ловелл и Суиджерт бросились закрывать люк, чтобы изолировать командный и лунный модули друг от друга. Хейс отметил, что датчик количества кислородного резервуара 2, который вышел из строя в начале миссии, и который зашкаливал, находился на том же резервуаре, на котором были замечены аномалии во время демонстрационного теста обратного отсчета еще в марте, теперь показывал уровень между 20% и 60%, возможно, он вернулось к жизни от толчка. В это время экипаж неожиданно столкнулся с каскадом неисправностей.

Сначала Ловелл отметил, что датчики резервуаров гелия, который используется для создания давления в двигателях служебного модуля, показывали сигналы тревоги, как и некоторые из систем подачи топлива. Главная шина постоянного тока B, которая показывала нормальное состояние всего за несколько минут до этого, теперь показывала ноль вольт, шина переменного тока 2 также показала ноль, а шина постоянного тока A вместо нормальных 27 вольт показывала 25,5 вольт. Отключились два из трех топливных элементов, в которых при соединении кислорода и водорода вырабатывался электрический ток, который передавался на шины постоянного тока. Это вызвало то, что основная шина B, которая подключена к топливному элементу 3, показала нулевое напряжение. Основная шина А подключена к топливным элементам 1 и 2. На шине А установилось пониженное напряжение, так как топливный элемент 1 отключился. Хейс попытался восстановить работу топливных элементов, но, похоже, топливные элементы 1 и 3 вышли из строя. В Центре управлении полётом команда пыталась выяснить, имели ли они дело со сбоем или это было что-то более серьёзное. Прошло пять минут с тех пор, как команда услышала взрыв.

Примерно через 14 минут после взрыва Ловелл сообщил, что датчик кислородного резервуара 2 теперь показывает ноль. Ловелл передал ещё более тревожный факт: «Мне кажется, глядя в люк, что мы что-то выпускаем. Мы выпускаем что-то в космос. Это какой-то газ». Кранц обратился к членам своей команде: «Хорошо, давайте все будем сохранять спокойствие, у нас все еще есть пристыкованный лунный модуль, лунный модуль в норме, поэтому, если нам необходимо… чтобы вернуться домой, у нас есть лунный модуль, с которым можно сделать очень много. Хорошо, давайте удостоверимся, что мы не делали ничего, что могло бы привести к отключению командного модуля от батарей или к тому, что мы потеряли топливный элемент 2. Хорошо, мы имеем запас кислорода и кое-что работает. Мы хотели бы иметь в исправности двигатели и системы командного модуля, тогда мы в хорошей форме, если нам необходимо вернуться домой. Давайте решать проблему, но не будем усугублять ее, гадая».

Прошло пятнадцать минут с тех пор, как команда услышала взрыв.

Команде Центра управления полётом и экипажу на борту Аполлона 13 стало ясно, что причина аномалий остается неизвестной. Командный модуль терял кислород, необходимый для того, чтобы экипаж дышал и генерировал энергию в топливных элементах. По оценкам Центра управления полётом, что в кислородном резервуаре 1 осталось кислорода для выработки электроэнергии менее чем на два часа. Лунный модуль оказался незатронутым, и начала обсуждаться идея использования его в качестве спасательной шлюпки. Продолжающаяся утечка газа вынудила включить двигатели командного модуля, чтобы попытаться сохранить ориентацию корабля, что важно для поддержания хорошей связи. Так как топливные элементы 1 и 3 вышли из строя, команда пыталась, как можно дольше сохранить работоспособность топливного элемента 2. Хейс обратился к Центру управления с просьбой подумать о расходных материалах, доступных в лунном модуле, достаточных для поддержания двух астронавтов в течение двух дней, и теперь придется растянуть эти ресурсы для трёх астронавтов в течение четырёх дней. К основным расходным материалам относятся кислород для экипажа, электроэнергия для работы систем космического корабля, включая навигационное оборудование и систем жизнеобеспечения, вода питьевого и для охлаждения электронного оборудования, а также для удаления углекислого газа.

В срочном порядке экипажу необходимо было сохранить в командном модуле достаточное количество расходных материалов, таких как электроэнергия и кислород, чтобы обеспечить успешное возвращение и приводнение в конце миссии. Двумя источниками кислорода в командном модуле были резервный бак и пакет с сжатым газом, который состоял из трех резервуаров, и газ из них использовался для повышения давления в кабине на случай утечки. Экипажу необходимо было закрыть вспомогательный резервуар, чтобы в нём оставалось достаточно кислорода необходимого для экипажа во время возвращения. Предполагая, что утечка может исходить из топливного элемента 3, Центр управления попросил команду выключить его. Это означало, что высадка на Луну исключается, поскольку правила полёта гласили, что корабль не может перейти на лунную орбиту только с двумя работающими топливными элементами. Выключение топливного элемента 3 не привело к прекращению утечки, потому что проблема была не в топливных элементах, а в резервуарах, снабжающих кислородом все три элемента - резервуар 2 был пуст, и резервуар 1 опустошался.

Менее чем через час после того, как экипаж услышал взрыв, руководитель полёта Кранц проинструктировал свою команду, что новый план миссии предусматривает отказ от приземления на Луну, облёт Луны и максимально быстрое возвращение экипажа домой. Первым делом необходимо возвратить корабль на траекторию свободного возврата. Корректировка курса во второй день миссии специально вывела Аполлон 13 с такой траектории на гибридную траекторию, позволяющую приземлиться на Фра Мауро. После отмены прилунения, необходимо было еще раз исправить курс, чтобы перейти на траекторию свободного возврата. Кранц знал, что двигатель служебного модуля не может быть использован, поэтому он решил для выполнения маневра использовать двигатель лунного модуля, который в штатной ситуации используется для посадки на Луну, и дал задание своей команде подготовить план и расчёты для этого. К счастью, инженеры ранее разработали планы действий в чрезвычайных ситуациях, чтобы использовать двигатель лунного модуля для маневрирования состыкованных командного и лунных модулей в случае отказа двигателей командного модуля.

Сменившись, Кранц передал управление полетом руководителю полёта Глинну С. Ланни и его чёрной команде диспетчеров, а Лусма остался в роли кэпкома. Обычно команда, передающая смены, отправлялась домой для столь необходимого отдыха, но в эту ночь они остались и изучали все имеющиеся данные, чтобы понять, что произошло на борту Аполлона 13. Ланни начал инструктировать свою команду как можно быстрее разработать процедуры для активации лунного модуля Водолей, чтобы все системы связи, навигации и жизнеобеспечения работали до того, как командный модуль Одиссей пришлось закрыть. Так как количество кислорода в резервуаре 1 медленно снижалось до нуля, Лусма сообщил экипажу, что команда разрабатывает вариант использования лунного модуля в качестве спасательной шлюпки.

С начала кризиса прошло девяносто минут.

Началась гонка за активацию лунного модуля и переселение всех трех членов экипажа в модуль Водолей. У Одиссея осталось энергии всего на 15 минут. Хейс уже из Водолея передал Лусме, что он включил питание лунного модуля. Он выполнил сокращенную процедуру активации для подачи кислорода и воды, а также включил электрические, навигационные и коммуникационные системы. Возникла одна неожиданная проблема со связью - лунный модуль использовал ту же частоту, что и отработанная третья ступень ракеты, которая находилась в пути к столкновению с Луной. При нормальных обстоятельствах этой ситуации не произошло бы, так как ступень разрушилась бы до того, как экипаж активировал лунный модуль. Тем временем в Одиссее Суиджерт занялся деактивацией командного модуля, выполнив эту задачу менее чем через три часа после начала кризиса.

Гленн Ланни призвал свою команду сосредоточиться на основных проблемах, связанных с поиском безопасных вариантов для экипажа. Планировать маневры, необходимых для того, чтобы доставить астронавтов домой максимально быстро и безопасно; снижение энергопотребления в лунном модуле, чтобы батареи работали как можно дольше; и оценка бортовых расходных материалов, особенно удаления углекислого газа. Во время полуночной пресс-конференции заместитель директора Центра пилотируемых космических полётов (ныне Космического центра Джонсона в Хьюстоне) Кристофер К. Крафт (Christopher C. Kraft), руководитель офиса программы космических кораблей Аполлон Джеймс А. МакДивитт (James A. McDivitt) и директор полётов Сигурд А. «Сиг» Сьоберг (Sigurd A. “Sig” Sjoberg), сообщили журналистам о проблемах с Аполлоном 13. Крафт назвал ситуацию такой серьезной, какой мы никогда ещё не имели во время пилотируемых космических полетов. Менеджеры выразили уверенность в том, что экипаж благополучно вернется на Землю, хотя МакДивитт добавил, сравнивая нынешний кризис с аварией на Джемини 8 в 1966 году, когда экипаж смог вернуться на Землю через 20 минут, в то время для экипажа Аполлон 13 оставалось еще много часов.

Через 61 час 30 минут после начала полета на расстоянии 216 626 миль (348 625,75 км) и примерно через 5 с половиной часов после аварии астронавты на 34 секунды запустили двигатель лунного модуля, чтобы вернуть корабль на траекторию свободного возврата. Маневр увеличил расстояние их ближайшего пролёта вокруг обратной стороны Луны с 69 миль (111 км) до 156 миль (251 км). Если экипаж больше не проводил бы коррекций, то по этой траектории они приводнились бы в Индийском океане примерно через 151 час 45 минут. Это был не оптимальный вариант, так как основной спасательный корабль Иводзима (USS Iwo Jima), был размещен в Тихом океане. Центр управления хотел, чтобы астронавты вернулись домой раньше, чтобы гарантировать, что у астронавтов остаётся достаточно расходных материалов. Вторая коррекция траектории после облёта Луны, должна состояться через два часа после прохождения ближайшей точки к Луне. Эта коррекция ускорит возвращение астронавтов и переместит зону приводнения в Тихий океан.

В Центре управления полётом Джозеф П. Кервин перенял позицию кэпкона у Лусмы, а руководителем полёта заступил Джеральд Д. «Джерри» Гриффин, и его золотая команда заняла свои места за консолями. Через некоторое время позицию кэпкому занял дублёр пилота лунного модуля Чарльз М. Дьюк восстановившийся после болезни. Затем его сменил Вэнс Д. Бранд. В течение следующих нескольких часов, пока астронавты продолжали приближаться к Луне, они продолжали экономить энергию в модуле Водолей и готовились к второй коррекции траектории. Кервин посоветовал им переместить канистры с гидроксидом лития, используемые для очистки атмосферы от углекислого газа (CO2) в кабине, из модуля Одиссей в модуль Водолей. Так как накопление конденсата в холодной кабине командного модуля может привести канистры в негодность. Экипаж начал период отдыха, хотя спать по понятным причинам было трудно. Незадолго до того, как Аполлон 13 вошел в тень Луны, Белая команда диспетчеров Кранца вернулась в ЦУП, чтобы взять руководство полётом на себя через 18 часов после аварии.

Через 76 часов 42 минуты после старта Аполлон 13 вошел в тень Луны, и теперь космонавты могли видеть звезды, которые были скрыты облаком осколков, тянувшимся вслед за кораблем. Точно по графику, спустя 26 минут и продолжая ускоряться под действием гравитации Луны, Аполлон 13 исчез за Луной, и связь прекратилась. Находясь над обратной стороной Луной, экипаж Аполлона 13 улетел на самое дальнее расстояние от Земли. Это рекордное удаление от Земли по сей день считается самым дальним путешествием от Земли. Поскольку в это время Луна находилась на своей эллиптической орбите вокруг Земли дальше, чем во время других миссий Аполлона, и поскольку ближайшая точка пролёта Аполлона 13 был дальше от Луны, чем в других миссиях. Ловелл, Суиджерт и Хейс держат рекорд удаления от Земли - 248 655 миль (400 171,43 км). Для Ловелла это был второй полёт к Луне, для Суиджерта и Хейса это была их единственная возможность посмотреть на спутник Земли и, подобно туристам, повсюду, они сделали ряд впечатляющих фотографий, поверхности обратной стороны Луны.

Ровно через 25 минут после исчезновения за Луной Аполлон 13 снова появился на другой стороне, и Ловелл приветствовал Центр управления. Тридцать минут спустя Бранд сообщил экипажу, что третья ступень врезалась в Луну, и сейсмометр Аполлона 12 зарегистрировал событие на расстоянии 85 миль (136,794 км), на что Ловелла иронично ответить: «Ну, по крайней мере, что-то сработало в этом полёте». Хейс добавил: «Я очень рад, что наш лунный модуль не врезался в Луну», имея в виду то, что после запланированного возвращения астронавтов с Луны, лунный модуль должен был быть сброшен на Луну.

Полтора часа спустя, когда Аполлон 13 отдалился от Луны на более чем 6200 миль (9977,9 км), астронавты запустили двигатель лунного модуля на 4 минуты и 24 секунды. Это позволило ускорить корабль и вернуться на Землю в район Тихого океана на 10 часов раньше. В Центре управления полётом собрались множеством астронавтов и менеджеров, включая администратора НАСА Томаса О. Пейна, чтобы наблюдать за коррекцией траектории. После завершения манёвра астронавты перевели модуль Водолей в режим экономии энергии. Одним из неприятных побочных эффектов режим экономии, наряду с полным отключением командного модуля, было снижение температуры в кабине до некомфортного уровня.

Следующей задачей для астронавтов было – установка канистр гидроксида лития (LiOH) из командного модуля, имеющих квадратную форму, в систему Водолея, в которой использовались круглые канистры. Бранд сообщил астронавтам, что команда работает над процедурой для решения этой проблемы: «квадратная канистра на круглое место». Действительно, команда во главе с Робертом Э. «Эд» Смили (Robert E. “Ed” Smylie), руководителем отдела систем экипажа, его заместителем Джеймсом В. Корреалом (James V. Correale) и директором по испытаниям Джеймсом С. «Джимом» Лебланом (James C. “Jim” LeBlanc), сделала именно это, используя только точные копии предметов, которые были на борту Аполлона. Они использовали систему жидкостного охлаждения скафандра, полиэтиленовые пакеты, кий-карты плана полёта и, конечно, клейкой ленты, чтобы прикрепить канистру командного модуля к выпускному шлангу лунного модуля, чтобы продувать воздух для очистки его от углекислого газа. Инженеры проверили установку в высотной камере, и кэпкон Кервин передал инструкцию по сборки экипажу Аполлона. Суиджерт и Ловелл собрали два самодельных приспособления, и через несколько минут после того, как астронавты установили первое приспособление в Водолее, уровень углекислого газа значительно снизился. Канистры гидроксида лития обеспечили достаточное удаление углекислого газа на оставшуюся часть полёта.

Бранд сообщил астронавтам о состоянии их расходных материалов, и все выглядело достаточно хорошо, чтобы безопасно доставить их домой. Чтобы еще больше их успокоить, начальник управления операций с экипажем Дональд Слейтон, зная, что после аварии они плохо спали, передал астронавтам: «Мы считаем, что вы всё это время в отличной форме. Почему бы вам не перестать беспокоиться и поспать»? Ловелл ответил: «Ну, я думаю, что мы могли бы сделать это - или двое из нас», ссылаясь на тот факт, что с момента аварии один астронавт постоянно бодрствует на дежурстве. Он и Суиджерт спали около пяти часов в Одиссее, а Хейс контролировал модуль Водолей. После этого обмена с Центром управления Лусма заменил Бранда за пультом кэпкома, в это же время заступила команда бордовых во главе с руководителем полёта Милтоном Л. Уиндлером.

Астронавты перевели корабль в режим пассивного терморегулирования, вращая его примерно один раз каждые 11 минут вдоль продольной оси, чтобы равномерно распределить температуру. Корабль испытал небольшое колебание, вероятно, из-за выпуска воздуха из одного из водородных резервуаров командного модуля, когда они нагревались во время нахождения на солнечной стороне. Черная команда контролеров Ланни пришла на помощь инженерам Уиндлера, и Кервин вернулся, чтобы заменить Лусму на консоли кэпкома. Через 90 часов 25 минут после старта на расстоянии 216 277 миль (348 064 км) от Земли Аполлон 13 перешел границу гравитационных полей Луны и Земли и начал медленно ускоряться к своей родной планете.

Кервин и Суиджерт потратили некоторое время на правильную настройку всех 417 переключателей и автоматических выключателей в модуле Одиссей, готовясь к краткой частичной активации для перепроверки его систем для будущей активации перед приводнением. Суиджерт вернулся в тёмный командный модуль и проверил, что обе основные линии электропитания работают нормально, что было хорошим знаком. Вскоре после того, как Бранд заменил Кервина за пультом кэпкома, примерно в 97 часов, Хейс сообщил, что услышал удар на ступени спуска лунного модуля, после чего последовал «поток снежинок». Неожиданно для экипажа и Центра управления полётом, в батареи 2 (одна из четырех) на ступени спуска произошло короткое замыкание с потенциально опасным выделением кислорода и газообразного водорода. Два часа спустя члены экипажа сообщили о тревожном сигнале, касающемся батареи 2. В это время в Центре управления полётом находилась золотая команда Гриффина, которая сменила чёрную команду Лани. Руководитель полёта посоветовал астронавтам отключить батарею 2, не полностью понимая проблему.

Суиджерт вернулся в Одиссей и ненадолго включил его, чтобы Центре управления полётом мог получить достаточно телеметрии для проверки состояния его систем. Все системы были в норме, особенно с учётом низкой температуры, что было положительным признаком. В течение следующих нескольких часов астронавты готовились к следующему маневру, который снова должен был быть проведен с использованием двигателя лунного модуля, но без использования компьютера лунного модуля для экономии энергии и охлаждающей воды. Астронавты должны были поддерживать ориентацию корабля, используя визуальные наблюдения Земли и Солнца через иллюминаторы. Лусма вернулась к консоли кэпкона, чтобы помочь экипажу во время манёвра. Через 105 часов 18 минут полета и в 175 тысячах миль (281 635 км) от Земли астронавты включили двигатель лунного модуля на 14,8 секунды. Манёвр был удачным, корабль точно вышел на траекторию возвращения в атмосферу Земли. Уиндлер и его бордовая команда заступила в Центре управления, заменив золотую команду Гриффина. Оставалось около 38 часов полёта. Ловелл принял дежурство, а Суиджерт и Хейс оправились спать на несколько часов.

Команда Аполлона 13 благополучно возвращается на Землю.

Экипаж Аполлона 13, командир Джеймс А. Ловелл, пилот командного модуля Джон Л. «Джек» Сутджерт и пилот лунного модуля Фред В. Хейс, все еще находящийся в 175 000 милях (281 635,2 км) от Земли, оглянулся на Луну и понял, что согласно обычному плану полета Ловелл и Хейс должны были только что посадить Лунный Модуль Водолей на плоскогорье Фра Мауро, а Суиджерт облетать Луну в командном модуле Одиссей. Конечно, эти планы изменились чуть более двух дней назад, когда на их корабле произошел взрыв, лишив Одиссея энергии и кислорода. Все трое нашли убежище в Водолее и, отказавшись от планов высадки на Луну, облетели Луну, используя двигатель лунного модуля, чтобы направить свой корабль к Земле вместо того, чтобы приземлиться на лунную поверхность. В Центре управления полётом в Хьюстоне, команды диспетчеров работали круглосуточно, чтобы обеспечить безопасное возвращение астронавтов. Руководитель полёта Милтон Л. Уиндлер и его бордовая команда, а также кэпком Джек Р. Лусма только что заняли свои места в Центре управления. Приблизительно 36 часов оставалось до приводнения.

Хотя руководство полётом предлагало, чтобы Суиджерт и Хейс немного поспали, а Ловелл продолжал оставаться на вахте, все три члена экипажа не спали и продолжали работать. Лусма сообщил им, что запас расходных материалов, остаётся достаточным для того, чтобы продолжить оставшуюся часть миссии. Частичное отключение систем Водолея в значительной степени способствовало сбережению запасов мощности и воды. В конце концов, Хейс отправился спать в переходе между двумя модулями корабля, положив голову на крышку двигателя лунного модуля, а Суиджерт на полу лунного модуля. В то время как Ловелл следил за происходящим. Лусма информировал его о планировании дальнейших мероприятий в Центре управления полётом, включая возможно последнюю коррекцию траектории примерно за пять часов до входа в атмосферу Земли. Лусма также рассказал о процедуре (которая никогда не выполнялась ранее) зарядки двух из трех батарей модуля Одиссей от модуля Водолей. По сути это была обратная процедура, в которой электропитание передаётся от командного модуля в лунный модуль при его первоначальной активации. Лусма также рассказал о последовательности отсоединения сначала служебного модуля, а затем лунного модуля, непосредственно перед входом в атмосферу.

Вскоре после того, как астронавты начали 15-часовую перезарядку батарей Одиссея, руководитель полёту Глинн С. Ланни и его чёрная команда диспетчеров сменили команду Уиндлера, а Джозеф П. Кервин заменил Лусму на посту кэпкома. Суиджерт и Хейс закончили короткий период сна, а Ловелл отправился в свою очередь на отдых. Но через два часа его отдых закончился. Из-за низкой температуры около 51° F (10,6° C) в Водолее и 40° F (4,4° C) в Одиссее, Ловелл сообщил Кервину, что он и Хайс использовали штаны от лунных скафандров, чтобы согреть ноги, и надели две пары нижнего белья. В Хьюстоне начальник управления операций с экипажем Дональд К. «Дик» Слейтон и командир Аполлона 11 Нил А. Армстронг (Neil A. Armstrong) провели пресс-конференцию о полёте Аполлона 13.

Кервин сообщил экипажу последовательность действий в последние шесть с половиной часов их миссии, начиная с активации и прогрева двигателей командного модуля, затем активация систем лунного модуля для подготовки последней коррекции траектории. После этого должен будет отброшен служебный модуль, и астронавты должны сфотографировать служебный модуль, чтобы оценить ущерб от взрыва кислородного баллона. Приблизительно за два часа до входа в атмосферу они повторно активируют командный модуль, который находился в состоянии покоя в течение четырех дней, спустя час сбрасывается лунный модуль и начинается подготовка к возвращению в атмосферу Земли. После этого долгого разговора директор золотой команды Джеральд Д. «Джерри» Гриффин сменил Ланни, а Вэнс Д. Бранд - Кервина за консолью кэпкома. Бранд передал экипажу план перемещения вещей и оборудования из командного модуля в лунный модуль, а какие вещи в обратном направлении. Правильное размещение вещей и оборудования было важно, потому что распределение массы влияло на аэродинамические характеристики командного модуля.

Когда пришло время выполнения сложных новых процедур по реактивации командного модуля и отделения служебного модуля, астронавт Томас К. «Кен» Маттингли взял на себя обязанности кэпкома. Маттингли тренировался в основном экипаже Аполлона 13 в качестве пилота командного модуля. Он провел много часов в симуляторе командного модуля, отрабатывая процедуры завершения полёта. Затем Бранд зачитал Хейсу процедуру деактивации и сброса лунного модуля. Аполлона 13 теперь находился в 86 000 милях (138403,58 км) от Земли и продолжающего ускоряться. Ловелл и Суиджерт пытались немного поспать, пока Хейс оставался на вахте, а в Центре управления полётом Лусма заменил Бранда на консоли кэпкома. Сон при всё более холодной температуре был затруднительным. Чтобы немного согреть корабль и сделать более комфортной обстановку для экипажа, Центр управления передал команду активировать лунный модуль на три часа раньше и ориентировать его так, чтобы он получал больше солнечного света через свои окна. Руководитель полёта Юджин Ф. «Джин» Кранц и его белая команда диспетчеров сменила команду Гриффина примерно за восемь часов до входа в атмосферу. Планировалось, что команда Кранца продолжит следить за миссией вплоть до приводнения. Кервин заменил Лусму на позиции кэпкома в последние часы миссии.

За шесть с половиной часов до завершения полёта Аполлона 13, Суиджерт вошел в Одиссей, чтобы начать процесс его реактивации. Используя навигационную систему лунного модуля, Ловелл начал процесс выравнивания корабля, чтобы выполнить последний маневр, чтобы точно установить угол, под которым Аполлон 13 войдёт в атмосферу Земли. За пять часов до входа в атмосферу, на расстоянии 44 000 миль (70 811,136 км) от Земли, астронавты на 23 секунды запустили двигатели лунного модуля. В течение одной минуты после окончания успешной работы двигателя, Ловелл переориентировал корабль, чтобы приготовиться к сбросу служебного модуля. Ещё через 20 минут, на расстоянии 41 049 миль (66 061,96 км) от Земли, служебный модуль был сброшен. Примерно через две минуты астронавты впервые увидели поврежденный и удалившийся служебный модуль, и Ловелл воскликнул: «У модуля отсутствует целая сторона. Прямо у антенны с высоким коэффициентом усиления вся панель взорвана почти от основания до двигателя».

Суиджерт продолжал активировать системы Одиссея, некоторые из которых работали от одной батареи командного модуля, а другие по-прежнему питались от Водолея. За два с половиной часа до входа в атмосферу, Центр управления дал указание Суиджерту переключить все системы командного модуля на собственные батареи, поскольку Хейс отключил передачу энергии от лунного модуля. Центр управления восстановил прямую связь с модулем Одиссей. Центр управления обновил бортовой компьютер корабля и начала мониторинг его систем с помощью телеметрии. Температура в корабле была 38° F (3,3° C).

Следующим заданием для астронавтов было сброс лунного модуля Водолей, спасательной шлюпки, которая обеспечивала их безопасность в течение четырех дней после аварии. Ловелл, поставил Водолей на автопилот, присоединился к Суиджерту и Хейсу в Одиссее и закрыл люк между командным и лунным модулем. Они частично разгерметизировали переход между двумя модулями, используя оставшееся давление в качестве движущей силы, чтобы оттолкнуть лунный модуль. На 141 часу 30 минуте полёта и на высоте 12 946 миль (20 834,57 км) лунный модуль был отсоединен. Служебный и лунный модули сгорели в атмосфере. Один, неопознанный пассажир на борту авиалайнера Air New Zealand, следовавшего из Фиджи в Окленд, сфотографировал огненные следы модулей, проносящиеся по ночному небу. От Аполлона 13 остался последний модуль – спускаемый. Космический корабль продолжал ускоряться по мере приближения к Земле, и примерно через час после отсоединения лунного модуля он столкнулся с верхними слоями атмосферы планеты, разогнавшись до максимальной скорости 24 689 миль в час (39 733,1 км в час). Вследствие нагрева и ионизации газа вокруг спускаемого модуля, связь с космическим кораблем прервалась на несколько минут. В результате быстрого торможения астронавты испытывали пиковую нагрузку около 5,2 g.

Через некоторое время связь между Одиссеем и Центром управления была восстановлена. На высоте 24 000 футов (7,32 км) развернуты два парашюта, чтобы замедлить и стабилизировать спускаемый модуль. На высоте 10 000 футов (3 км) раскрылись три основных оранжево-белых парашюта, чтобы безопасно направить Одиссея к поверхности Тихого океана. Приводнение произошло через 142 часа 54 минуты и 41 секунду после начала полёта. Точка приводнения находилась примерно в одной миле (1,609 км) от расчетной точки и в четырех милях (6,44 км) от основного спасательного корабля Иводжима (USS Iwo Jima (LPH-2)). Экипаж Аполлона 13 благополучно вернулся на Землю. В Центре управления началось столпотворение, когда истощенные диспетчеры полёта, к которым присоединились астронавты, менеджеры и высокопоставленные лица, радовались успешному завершению очень опасной миссии.

Команда спасателей американских военно-морских сил и моряков с Иводжима обнаружила астронавтов и доставила их на вертолете на палубу авианосца. Шкипер Иводзимы, капитан Леланд Э. Киркемо (Leland E. Kirkemo) и контр-адмирал Дональд С. Дэвис (Donald C. Davis), командующий оперативной группой Тихоокеанских сил спасения, приветствовали их на борту корабля. После краткой церемонии приветствия астронавты были доставлены в больничный отсек корабля для краткого медицинского осмотра и телефонных разговоров со своими семьями. Президент Ричард М. Никсон позвонил, чтобы поздравить их с успешным возвращением. Примерно через час моряки подняли модуль Одиссей на корабль. Встреча астронавтов Аполлона 13 после полёта отличались от предыдущих двух миссий Аполлона тем, что экипаж не попал в карантин, поскольку не приземлился на Луну, хотя все соответствующие средства и персонал были развернуты на Иводзиме.

Экипаж Аполлон 13 возвращается в Хьюстон.

17 апреля 1970 года астронавты Аполлона 13 Джеймс А. Ловелл, Джон Л. «Джек» Суиджерт и Фред У. Хейс приводнились в Тихом океане в 600 милях (965,606 км) к юго-востоку от Американского Самоа, успешно завершив шестидневную миссию, чуть было не закончившейся катастрофой. Через два дня после старта на расстоянии 205 000 миль (329 915,52 км) от Земли на пути к Луне, взрыв кислородного бака в служебном модуле лишил командный модуль энергии и кислорода. Астронавты нашли убежище в Лунном модуле Водолей, и благодаря разумному сохранению ресурсов и экспертному руководству команд в Центре управления, лунный модуль, предназначенный для поддержки двух астронавтов в течение двух дней, поддерживал трех астронавтов в живых на протяжении четырех дней.

После того как астронавты оказались на борту спасательного корабля Иводжима, Адмирал Дэвис и капитан Киркемо устроили прием в честь экипажа, который Хейс должен был пропустить, так как он оставался в больничной палате для лечения инфекции мочевыводящих путей, которая развилась, скорее всего, в результате обезвоживания. Ловелл и Суиджерт осмотрели модуль Одиссей. Все трое провели свою первую ночь на Земле на Иводзиме.

Семьи астронавтов Аполлона 13 с облегчением увидели их на Земле. Мэрилин Ловелл и трое из их четырёх детей, а также Мэри Хейс и трое их детей (с четвертым в пути) встретились у своих домов с журналистами, чтобы ответить на их вопросы. Родители Суиджерта, Джон и Вирджиния, которые жили в Колорадо, радовались, что их холостяк благополучно вернулся на Землю.

Президент Никсон внимательно следил за событиями на борту Аполлона 13 с момента аварии 13 апреля. После безопасного приводнения он решил встретиться с астронавтами в Гонолулу, Гавайи, когда они возвращались в Хьюстон. Но по пути в Гонолулу Никсон сделал важную остановку по пути. 18 апреля Никсон прибыл в Центр пилотируемых космических кораблей, ныне Космический центр Джонсона в Хьюстоне. Перед тем, как большая толпа из числа сотрудников НАСА, подрядчиков и их семей собралась в субботу утром, Никсон в сопровождении администратора НАСА Томаса О. Пейна вручил оперативной группе миссии Аполлон 13 Президентскую медаль свободы, чтобы признать их работу во время «одной из самых драматических операций спасения всех времен». Сигурд А. «Сиг» Сьоберг (Sigurd A. “Sig” Sjoberg), директор по лётным операциям Космического центра, вместе с руководителями полёта Милтоном Л. Уиндлером, Глинн С. Ланни, Джеральдом Д. «Джерри» Гриффином и Юджином Ф. «Джином» Кранцем приняли награду. Президент Никсон приветствовал полёт Аполлона 13 как дань человеческой смелости и пример миру. После церемонии жена Ловелла Мэрилин, жена Хейса Мэри и родители Свигерта Джон и Вирджиния сопровождали президента и администратора Пейна на борту самолёта ВВС-1 в Гонолулу.

Тем временем на борту Иводзимы, после комфортного ночного сна в условиях земного притяжения и плотного завтрака, астронавты Аполлона 13 поднялись на борт вертолета, чтобы вылететь в Паго-Паго, Американское Самоа. В международном аэропорту Тафуна губернатор Джон М. Хейдон (John M. Haydon), его жена Джин и другие официальные лица и тысячи жителей Самоа оказали им теплый приём. Губернатор Хейдон подарил каждому астронавту небольшой подарок. Из Тафуны астронавты на транспортном самолёте C-141 отправились в Гонолулу, Гавайи. Полёт продолжался пять с половиной часов.

Прибыв на базу ВВС Хикам в Гонолулу, Гавайи, астронавты встретились со своими семьями. Во время церемонии на базе президент Никсон вручил космонавтам президентскую медаль свободы. Хотя Аполлон 13 не приземлился на Луну, президент Никсон назвал его полёт «успешной миссией». Ловелл, выступая от экипажа, сказал: «Мы рады быть здесь и рады быть частью Америки». Астронавты и их семьи провели ночь в Хикаме, а затем отправились в Хьюстон.

На следующее утро астронавты и их семьи в сопровождении администратора Пейна поднялись на борт самолёта в Хикаме для долгого перелёта в Хьюстон, прибыв на авиационную базу Эллингтон около Космического центра вечером 20 апреля 1970 года. Астронавтов приветствовала большая группа сотрудников, в том числе директор Космического центра Роберт Л. Гилрут (Robert L. Gilruth). Здесь же были астронавты дублирующего экипажа Аполлона 13: Джон В. Янг, Томас К. «Кен» Маттингли и Чарльз М. Дьюк. Янг, Дьюк и особенно Маттингли сыграли важную роль в обеспечении того, чтобы Ловелл, Суиджерт и Хейс благополучно вернулись на Землю.

Командный модуль Одиссей вернулся в Пёрл-Харбор на борту Иводзимы 24 апреля. После выгрузки из авианосца модуль Одиссей был отправлен на базу ВВС Хикам в Гонолулу. Для детальной проверки после полета, 27 апреля модуль Одиссей был отправлен дальше на предприятие Rockwell в Дауни, штат Калифорния, где он был изготовлен. В настоящее время Одиссей является экспонатом в Канзасской Космосфере в Хатчинсоне, Канзас.


Ссылки:
50 Years Ago: Apollo 13 and German Measles
50 Years Ago: Apollo 13 Off to the Moon
50 Years Ago: “Houston, We’ve Had a Problem”
50 Years Ago: Apollo 13 Crew Returns Safely to Earth
50 Years Ago: Apollo 13 Crew Returns to Houston


previous home previous
2001 Antropos. Contact
Last update: Code: UTF-8.
Photos: NASA, Роскосмосос, GCTC, ТАСС, АПН, РКК Энергия